Сорок седьмая улица

Сорок седьмая улица в Нью-Йорке между пятой и шестой авеню известна как “Diamond district” (Бриллиантовая улица). Возможно, самое драгоценое место в Нью-Йорке после здания Федерального Резерва с его золотыми слитками – по крайней мере, так показывают в кино, да и грабили его в фильме “Die Hard” (“Крепкий орешек”) почти по-настоящему. Весь тогда еще Chase Manhattan Bank, находящийся от этого здания через дорогу, в обед бегал смотреть съемки второй, кажется, серии этого фильма – напротив Чейза даже построили фальшивую станцию сабвея, которую в фильме взрывали. А уж когда на съемки приехал Брюс Виллис, работа в банке остановилась. Только я, не зная еще, кто это такой, невозмутимо стучал по клавишам. Само здание Чейза в фильме показывали редко, только главный редиска регулярно разговаривал по еще тогда большой редкости – то ли сотовому, то ли спутниковому телефону, стоя у парапета, но либо Чейз не хотел платить за скрытую рекламу, либо создатели фильма не любили этот банк, его лого, которые были на каждом углу, в кадр не попало. Но я отвлекся, история не про Брюса Виллиса, не про Федеральный Резерв и не про Чейз.

Я уже работал в другом месте, на двадцать третьей улице. Один мой весьма общительный коллега, назовём его Антонио, хотя именно так его и звали, ливанец, знающий огромное количество языков, рассказал мне, что летит в Детройт на свадьбу своего родственника, и ему надо сделать лазерную гравировку на кольце, которое он везет жениху. Бриллиант в кольце был достаточно солидный, я думал, что кольцо стоит тысяч пять, но ошибся раз в десять – оказалось, что около шестидесяти, и жениху оно доставалось совсем не бесплатно. Я ему сказал, что у меня на сорок седьмой есть знакомые, которые как раз этим и занимаются. У программистов есть знакомые везде. Он очень обрадовался, но тут же, как мне казалось, об этом забыл.
Но я грубо ошибся. В пятницу около двенадцати он неожиданно появился около моего кубика и, как Гагарин, сказал “Поехали”. Я на всякий случай поинтересовался – куда? Он, слегка удивившись, сказал, что “к твоим друзьям на сорок седьмую, мне сегодня вечером в Детройт лететь”. Я тут же бросился искать телефоны этих моих друзей, которых я знал достаточно приблизительно, они работали в компании, которой я немного помогал. А сорок седьмая улица, как известно, в основном соблюдает субботу, которая начинается днем в пятницу. Мои знакомые, будучи достаточно религиозными, сказали, что работают только до двух. Времени – в обрез. К счастью, с двадцать третьей улицы, где я тогда работал, добираться туда на сабвее минут десять, но Антонио не искал легких путей, поэтому мы поехали на такси, которое днем в будни по скорости не уступает разве что пешеходу. Примчавшись, если можно так выразиться, на сорок седьмую улицу и пройдя в офис граверов через двойные двери (для безопасности – обе двери сразу не открываются, стоишь в темном тамбуре и ждешь, чтобы тебя пустили), Антонио показал кольцо, но оно оказалось недостаточно отполированным, поэтому гравер повел нас его полировать. Антонио разговаривал с гравером на идиш, я – по-русски. Прибежали к полировщику – на второй этаж в одном из соседних подъездов, но мы не особо вникали, где это. Полировщик оказался сирийским армянином, поэтому они с Антонио разговаривали по-сирийски, со мной по-английски, а с гравировщиком – на идиш, а он мне по-русски переводил, о чем речь, хотя мне-то это было совершенно до лампочки, но тем не менее. Отполированное кольцо засверкало так, что Антонио сказал по-английски “Вау”, хотя это кольцо у него было всю жизнь, и мы побежали его гравировать. Кольцо было немного сложной формы, расширяющееся, и вся надпись влезла не очень хорошо. Антонио это не понравилось, поэтому нас уже только вдвоём послали его переполировывать. А мы точно не помним, где, и как компания называется, понятия не имеем.
Бежим мы по сорок седьмой улице, заглядываем во все подъезды в надежде узнать лестницу – у нее на торцах ступенек были какие-то надписи, которые мы запомнили. К счастью, подъездов там немного, так что поиски достаточно быстро увенчались успехом. Полировщик спросил что-то типа “Опять они нахомутали?” на каком-то из множества языков и побежал стирать надпись. Получив вновь отполированное кольцо, мы помчались обратно. Гравер встретил нас, уже нервно поглядывая на часы, но успел сказать, что ему очень хочется красиво оформить свой вебсайт, на что Антонио, не моргнув глазом, ему тут же пообещал помочь. Вдохновленный неожиданной удачей гравер вместе со своим помощником с моей помощью убедили Антонио сократить текст с обоих имен до одного, чтобы влезло, и в четыре руки держали кольцо во время гравировки.
Довольный Антонио, с которого даже не взяли за это денег, уехал на свадьбу.
Удивительно, что сайт, кое-как и далеко не сразу, он им все-таки сделал.

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *

*