X

Три года

Три года назад произошло историческое событие, изменившее в итоге Америку и весь мир – Трамп и Мелания спустились по эскалатору в Trump Tower и Трамп заявил о вступлении в президентскую гонку, выступив заодно с сорокаминутной речью без бумажки. Правда, три года назад практически никто это событие историческим не считал, да и до 11 часов вечера 8 ноября 2016 года Америка еще почти ничего не подозревала, а я не подозревал даже немного дольше, потому что электричество в ту памятную ночь в нашей деревне неожиданно отключилось и включилось только, когда горькие слезы журналистов уже почти высохли, а Трамп уже собирался произносить победную речь.

Годовщина осталась почти незамеченной, потому что в это время генеральный инспектор Майкл Горовиц и директор ФБР Кристофер Рэй пришли на дружескую беседу с сенатской судебной комиссией и сразу с двумя комиссиями Палаты Представителей.

Председатель сенатской комиссии Чак Грасли, республиканец из штата Айова, хотел заодно побеседовать с бывшим директором ФБР Коми, к которому неожиданно накопилось много вопросов, потому что генеральный инспектор свалил на него все шишки и обвинил во всех смертных грехах, но Коми, по заявлению его адвоката, не смог прийти, потому что “находится за рубежом”. Чак, услышав это, тут же снял очки, протер их, повертел в руках, надел, после чего откашлялся, посмотрел внимательно по сторонам и решил уточнить, с каких пор его родная Айова стала зарубежьем, поскольку Коми в воскресенье бродил по ее просторам и радовал своих твитерных поклонников своими фотографиями на фоне кукурузных полей.

Ответа на этот вопрос ни у кого не нашлось, но генеральный инспектор неожиданно разоткровенничался и рассказал, что Коми находится под следствием, правда, не за превышение полномочий при расследовании Мадам, а из-за того, что он отдал заметки о беседах с Трампом своему товарищу, нарушив при этом сразу много разных законов.

Демократы немного стушевались, потому что про Коми было написано и сказано столько плохих слов, что всех стало интересовать не почему его уволил Трамп, а почему его не уволил Обама, но Обаму трогать нельзя, поэтому временно о трамповском obstruction of justice пришлось забыть.

Что они там по этому поводу расследуют больше года, выяснить, к сожалению, пока не удалось, но заодно обнаружилось, что Коми тоже регулярно использовал личный емэйл для служебной переписки, но Майкл Горовиц беспомощно развел руками и сказал, что его расследование не выходило за рамки федеральных серверов.

На этих словах неожиданно проснулся один из сенаторов и поинтересовался тем, как же нашлась пропавшая без вести строчка из СМС-переписки Питера Строка и Лизы Пейдж “We’ll stop him”, которую ФБР очень аккуратно в свое время выкинуло. Майкл Горовиц, подобно Бене Крику, тут же сказал, что это – пара пустяков, потому что он обратился за помощью в Пентагон, который ему откуда-то из своих недр извлек всю эту переписку без купюр.

Директор ФБР в ответ на все вопросы бил себя кулаком в грудь и говорил, что внутри его прекрасной организации случаются еще иногда отдельные недостатки, с которыми он неустанно борется и уже практически поборол.

У комиссий Палаты Представителей тоже накопились вопросы и комментарии к Горовицу и Рэю, и председатель одной из них Трей Гауди, которого раньше протрампы очень уважали, но постепенно перестали из-за его постоянных метаний в погоне за линией партии, решил, что теперь можно ругать Коми и выступил с пламенной обвинительной речью, заодно ехидно поинтересовавшись у Горовица, как он умудрился не найти предвзятость в действиях ФБРовцев и минюстовцев, если они решили задолго до окончания расследования, что Мадам не виновата, и начали Русскую Сагу, чтобы в итоге объявить импичмент Трампу.

После Гауди слово взял главный демократ этой комиссии Элайя Камингс, который возмутился тем, что республиканцы никак не оставят Мадам в покое, хотя уже все давно решили, что она не виновата и, пытаясь нарисовать ужасный коллективный республиканский портрет, в качестве иллюстрации три раза проскандировал популярный лозунг “Lock Her Up” и даже пояснил, что под “Her” подразумевалась Мадам. После этого Элайа плавно перешел к Трампу, но из-за проблем с Русской Сагой и с obstruction of justice накинулся на жестокость администрации в отношении детей нелегальных иммигрантов, сказал, что дети живут в концлагерях, после чего горько расплакался, забрал себе на время звание главного крокодила Конгресса, и заявил, что до Трампа такого никогда не было, и Америка не такая, поэтому комиссии должны немедленно заняться политикой, проводимой трамповской администрацией и немедленно вернуть всех детей родителям.

Опросы общественного мнения обнаружили, что лидером обеих партий должен быть Ким Чен Ын, потому что среди республиканцев его популярность выше, чем у Нэнси Пелози, а среди демократов – чем у Трампа.

+90
шахматист:
Leave a Comment